Показать полную версию страницы
Все материалы

«Я стояла перед ним на коленях»

История девушки, которая любила до смерти: она пыталась уйти из жизни из-за измен, одиночества и безысходности

Марине 28 лет. Она жизнерадостна и самодостаточна: работает преподавателем английского языка, получает второе высшее на факультете психологии НГУ. Когда она рассказывает о недавнем прошлом, в котором она пыталась свести счеты с жизнью, то не может сдержать слез. Сегодня она четко осознает причины и следствия того, что творилось с ней несколько лет тому назад. А тогда она не понимала, что происходит. «Меня накрывало так, что казалось: есть только два пути — или совершить самоубийство, или сойти с ума».

«Я человек зависимый, мне все время хотелось, чтобы рядом кто-то был, — вспоминает Марина. — У меня было два опыта серьезных отношений с мужчинами. Оба болезненные и плохо кончившиеся. И развивались они по одному и тому же плану: я любила, а меня отвергали, изменяли и бросали, в конце концов. Только сейчас я понимаю, откуда взялся этот жизненный сценарий. Его запустила моя мама. И именно она подтолкнула меня к попытке суицида».

…Это случилось, когда Марине было 16 лет. «Мама воспитывала меня в строгости и манипуляциях. С ее стороны сыпались бесконечные придирки, недоверие, запреты, эмоциональный шантаж. Лет с пяти-шести я постоянно просила прощения: я все время думала, что я непослушная девочка и плохо себя веду. Старалась жить так, чтобы не вызвать маминого гнева: хорошо училась, подчинялась. Однажды друзья позвали меня гулять на озеро. Пришли к нам домой «отпрашиваться». Мама отказала в жесткой форме, выставила их за дверь. Затем отругала и меня. А потом и вовсе перестала со мной разговаривать. Мне пришлось ходить за ней на коленях и просить прощения. «Я очень хорошо помню эту сцену — мама лежит, отвернувшись, а я умоляю простить меня. Она же делает вид, что ничего не слышит. В итоге я стала метаться по дому с мыслью, что делать: прыгнуть в окно или напиться таблеток? Если я не нужна собственной маме, то кому же я тогда вообще нужна?

Я не помню, какие именно таблетки попались мне под руку, — закрылась в комнате, съела всю пачку. Видимо, у мамы что-то екнуло: она прорвалась ко мне, увидела пустую упаковку. И в этот момент в ее глазах промелькнул такой ужас, что мне стало страшно — за нее, а не за себя. Но вместе с этим я почувствовала и удовлетворение: на меня обратили внимание…».

Мама позвонила подруге-врачу, та прибежала и устроила пострадавшей промывание желудка. Что было потом, Марина помнит смутно.

…Когда девушке исполнилось 19 лет, ей разрешили жить отдельно, в квартире, оставшейся в наследство от деда. Вскоре она познакомилась с парнем, полюбила, завязались отношения, которые длились около 4 лет. «Но схема сложилась та же, что и в отношениях с мамой: мужчина был требовательным и отстраненным, а я всячески пыталась добиться его расположения и любви. Жила в своих фантазиях, реальности не осознавала абсолютно: он унижал, а я верила в лучшее. Дошло до измен — он приходил домой в помаде и с ароматом духов. Я прощала. А однажды… он меня бросил. Он собирал вещи, а я вновь стояла на коленях. Как тогда перед мамой. Стояла на коленях и просила остаться. Это настоящее унижение, безысходность… Он все-таки ушел, а я в прямом смысле билась головой об пол».

Удивительным было то, что внешне Марина выглядела как успешная, разносторонне увлеченная девушка — ее жизнь была полна различных событий. Она хорошо училась в вузе, работала, занималась спортом, рисованием, танцами, ходила с друзьями по клубам. Внешне ее жизнь выглядела насыщенно и весело. О том, что в ее душе звучит параллельная линия, сплетенная из одиночества, отверженности и мыслей об уходе из жизни, догадаться со стороны не представлялось возможным.

«Одиночество было невыносимым. Я хотела, чтобы со мной что-то случилось: выходила ночью на улицу, садилась на скамейку, ждала, что кто-нибудь нападет. Дорогу переходила как попало с надеждой, что меня собьют. Я готовилась к тому, чтобы свести счеты с жизнью.

Отправилась на сайт знакомств, стала ходить на свидания — без сомнения садилась в машину с незнакомыми подозрительными мужчинами. В 24 года я вновь влюбилась: надеялась, что уж эти-то отношения точно приведут меня к счастью, к семье и детям. Но получилось еще хуже — меня ждали еще бóльшие унижения, ссоры, измены. И тем не менее я верила: моя любовь настолько сильна, что сможет со всем этим справиться.

Сначала мой мужчина был безработным — жил в моей квартире, и я по сути его обеспечивала. Потом он нашел работу, снял квартиру, переехал и… не позвал меня с собой. Сказал: «Ну, ты приезжай ко мне иногда». И я ездила! А он между тем встречался и со мной, и с другой девушкой. И я вновь умоляла не бросать меня. Но он буквально вычеркнул меня из своей жизни — привез как-то домой, открыл машину и вытолкнул на улицу.

Я осталась около подъезда, ночью: в глазах плыло, я чувствовала, что схожу с ума. Поднялась на балкон, стала смотреть вниз, оценивая последствия своего полета с 8-го этажа и рассуждая: сейчас броситься или еще немного потерпеть?».

…Но Марина не прыгнула. Решила сходить напоследок к психологу: вдруг поможет? «Она пришла на прием сама не своя, — вспоминает психолог, руководитель центра «Мы вместе» Юлия Карагодина. — Марина была оторвана от реальности: всю глубину и причины своего психотического состояния не осознавала. Видела лишь то, что лежит на поверхности. Твердила: «Я схожу с ума, мне плохо, не хочу больше жить». И только спустя некоторое время, после терапии, она разглядела закономерность в разрушительной модели отношений с мужчинами».

По мнению психолога, попытки суицида, как правило, берут свое начало в родительской семье: «Редко бывает, что какая-то внешняя психологическая травма становится причиной желания уйти из жизни, например, изнасилование. Чаще всего — к решению покончить с собой приводит чувство безысходности, формируемое с детства». От того, принимают ли родители своего ребенка или же отвергают его, зависят его последующие отношения с людьми.

«Публичных демонстративных попыток в разы больше, чем истинного суицида, — поясняет Юлия Карагодина. — Но стоит отметить, что у демонстрации всегда есть шанс скатиться в реальность. Предупреждения о суициде и попытки — это крик о помощи. Главная причина желания уйти из жизни — это ощущение изоляции: одиночество, неразделенные чувства, безысходность и беспомощность. Первое, что нужно делать: разговаривать, расспрашивать о том, что человек чувствует и чем можно его поддержать. Второе — надо призвать все, что приносит удовольствие и переключает: поездки, чтение, музыку, общение. Все, что хоть как-то может поддержать и дать ресурс».

Сегодня Марина полна планов: получает второе образование, работает, строит новые отношения. На одном из сеансов групповой терапии она познакомилась с молодым человеком, который пришел, чтобы также разобраться в себе.

«Спустя полтора года планомерной работы над собой я стала ощущать себя свободной от ошибок прошлого и суицидальных мыслей. Я перестала думать о том, какой мне стать, чтобы меня полюбили. Я могу быть одна, мне не страшно. Порой мне снятся мои бывшие: как они бросают меня, а я бегу за ними в слезах. Но я просыпаюсь и радуюсь, что все это унижение осталось в прошлом».


Галина Ахметова
Фото thinkstockphotos.com
39068
Вход в почту
Выбор города